Сергей Давыдов: «Думаю, Юревич даже рад, что так случилось…», Интернет-газета Znak.com


Сергей Давыдов: «Думаю, Юревич даже рад, что так случилось…»

Глава администрации Челябинска дал Znak.com самое скандальное в своей жизни интервью

19.03 20:42

В жизни сити-менеджера Челябинска Сергея Давыдова было немало интервью, однако сегодняшняя беседа с корреспондентом Znak.com, как он сам заметил, стоит особняком. Наш журналист вспомнил все скандалы, в которых звучало имя главы администрации города. Мы были готовы к тому, что некоторые из них наш собеседник комментировать не захочет, однако Давыдов не обошел ни одного вопроса. Он рассказал о своих взаимоотношениях с Михаилом Юревичем и Борисом Дубровским, бизнесменами, еще недавно находящимися в оппозиции, откровенно выразил отношение к муниципальной реформе, пояснил, почему поменял номер автомобиля с буквами ООО на обычный, а также сообщил о своей истинной роли в конфликте с установкой шлагбаума по улице Татьяничевой.

- Сергей Викторович, вас всегда считали человеком команды теперь уже бывшего губернатора Михаила Юревича. Как вам работается в новой политической ситуации, с новым главой региона?

- Где бы я ни работал, всегда старался быть человеком команды. Наверное, это понятие субъективное, но в моем представлении это означает не подводить ни вышестоящих руководителей, ни тех, кто работает в подчинении, ответственно относиться к своим обязанностям и быть открытым в профессиональном плане. Я за многое благодарен Михаилу Юревичу, с которым мы проработали почти 9 лет, не жалею об этом времени и считаю, что он немало сделал для Челябинска. Любая смена руководителя – сложный период для тех, кто  работает в сфере его влияния. Не скрою, что у меня были внутренние переживания по поводу того, сложатся или нет наши взаимоотношения.

- Сложились?

- Борис Александрович – открытый, прямой, очень компетентный человек. Мне кажется, мы друг друга поняли. Мне импонирует его позиция прежде всего, в том, что для него нет «своих» и «чужих», он делит людей на профессионалов и непрофессионалов. Видимо, меня он отнес к первой категории, поскольку предложил продолжить работать в его команде. Конечно, я предложение принял.

- О чем еще шла речь на вашей встрече? Вы ведь общались около часа.

- Я не думаю, что стоит подробно останавливаться о том, что мы обсуждали. Суть в том, что мы будем работать вместе, по крайней мере, до сентября. Мой контракт с городской думой заканчивается вместе с окончанием полномочий действующего созыва 14 сентября 2014 года. После этого будет новый конкурс на замещение должности главы администрации. Я не знаю, поддержат ли меня вновь избранные депутаты…

Новый глава региона Борис Дубровский предложил сити-менеджеру работать в его команде. Давыдов согласился

- Но кандидатуру свою будете выставлять?

- Давайте доживем до сентября, а там видно будет.

- В последнее время вновь активно обсуждается тема возврата к прямым выборам мэра Челябинска. Если депутаты примут такое решение, изменят устав города, пойдете на выборы?

- Я не хотел бы говорить в сослагательном наклонении. Если такое случится, будем решать. А если все время думать о том, чего нет, можно много времени потерять. Я всегда говорил, что прямые выборы – это самый демократичный способ назначения человека на пост главы. Но сейчас ситуация другая, если реформа местного самоуправления состоится, мы можем вообще уйти от выборов в городах-миллионниках.

- Как вы оцениваете муниципальную реформу, которую внесли в Госдуму 11 марта?

- Я ее не понимаю. Не могу понять, что хотят сделать и, главное, для чего. Мне сложно представить, как в Челябинске могут работать семь представительных органов, как у каждого района может  быть свой бюджет, чем они будут заниматься. В моем представлении это крайне не практичные и очень вредные предложения. Сегодня в городах-миллионниках работают определенные системы. Если что-то нужно поправить – пожалуйста, но зачем полностью ломать то, что работает? Я категорически против таких предложений, но нас ведь никто не спрашивает. По крайней мере, в администрацию никаких запросов по этому поводу не поступало. Мы читаем об этом в прессе.

- К чему это может привести?

- К потере управляемости  крупными городами. Я, конечно, могу ошибаться, возможно, в Госудуме работают более опытные люди…

- В последние годы вы занимали лидирующие позиции в рейтингах «Медиалогии». Насколько для вас это важно?

- Я не думаю о рейтингах, а стараюсь заниматься работой. У меня большой круг обязанностей, и я предпочитаю думать об этом.

- Но по каким-то критериям вы ведь оцениваете свою работу?

- Для меня важно, как ее оценивают люди. Можно быть о себе очень высокого мнения, но эта оценка не значит ничего, если люди недовольны.

- В прошлом году вы развернули активную борьбу с самовольными ларьками, стоянками. Сейчас, вроде, все немного поутихло…

- Мы уже снесли порядка 400 незаконных объектов. Правда, они имеют свойство появляться вновь. На тех же местах. Работа по сносу, безусловно, продолжится. Сейчас период небольшой передышки. Снос незаконных объектов – это еще и расходование бюджетных средств. Необходимо оплачивать транспорт, труд людей. В этом году с бюджетом нелегко, занимаемся привлечением средств. Поэтому интенсивность сносов снизилась, но они не прекратятся.

Давыдов не прячется за окнами автомобилей – его нередко можно встретить на улице

- Многие, думаю, свяжут этот факт с изменением власти в регионе и указанием Бориса Дубровского прекратить все войны.

- Это не война, а текущая работа муниципалитета. Если люди пытаются заниматься бизнесом на территории города, нарушая существующие правила (они же пользуются муниципальной землей, но за нее не платят), создавая себе преимущество в конкурентной борьбе с другими предпринимателями, которые находятся в договорных отношениях с администрацией, мы будем с ними бороться. Безотносительно того, какая сейчас политическая ситуация. Эту работу нельзя относить к войнам, тем более к политическим.

- Что сейчас с бизнесменом Маратом Гайсиным, который грозился себя поджечь из-за того, что сносят его павильон?

- Жив, здоров (улыбается). На его семью было оформлено четыре павильона. На три из них жители жаловались, потому что это были рассадники пьянства, антисанитарии и хулиганства, и их снесли. Оставили тот, который нормально работает, на который есть документы.

- Он объяснил, откуда возникло желание его поджечь? 

- На прием приходил не он, а его сын. Почему он так решил, сложно сказать.

- Ходили разговоры, что ему сообщили, якобы сам Сергей Давыдов хочет там поставить свой объект.

- Да я вообще, если верить слухам, у всех хочу все забрать и что-то свое поставить (смеется). Это полная ерунда. К нему приходили люди якобы от моего имени что-то забирать. Я объяснил, что никого к нему не отправлял.

- Часто администрацию Челябинска так шантажируют?

- На моей памяти поджечь себя обещали в первый раз.

- Какие у вас сейчас отношения с бывшими «оппонентами» – Александром Аристовым, Андреем Барышевым?

- Ровно такие же, как год, два, три назад. Лично с ними у меня борьбы никогда не было. Я предпочитаю заниматься не политикой, а хозяйственными делами. Поэтому отношения деловые – мы можем встречаться, обсуждать любые вопросы, не испытывая неприязни и тем более вражды друг к другу.

- Тем не менее, говорят, что бывшего главу городского КУИЗО Игоря Волового уволили как раз из-за «дружбы» с Барышевым.

- В городе много чего говорят. Я могу сказать, что он уволился не из-за дружеских отношений с кем бы то ни было. Были другие, более прозаичные причины, связанные с работой комитета по управлению имуществом и земельным отношениям.

«Да я вообще, если верить слухам, у всех хочу все забрать и что-то свое поставить»

- У представителей оппозиционной прессы к вам в свое время существовало три основных претензии: перенос автовокзала из «Синегорья» в «Юность», вырубка деревьев и вопрос по многострадальной улице Татьяничевой. По первым двум, вроде, пошли на уступки: автовокзал вернули, наметили масштабное озеленение. Может, стоит сделать улицу Татьяничевой двухсторонней, чтобы все окончательно успокоились?

- Моя роль в ситуации, которая сложилась вокруг улицы Татьяничевой, абсолютно пассивная. Администрация не принимает и не вправе принимать решения о том, односторонней должна быть улица или двухсторонней. Это решение в области полномочий ГИБДД. Я не хотел бы оправдываться, но лично я также не ставил там никаких шлагбаумов и преград. Могу назвать с десяток улиц Челябинска, которые были перегорожены жителями, и никто об этом не писал, не выходил на пикеты, не обвинял в этом власть. Ситуация была абсолютно политизированной. Если бы я там не жил и если бы в это время некие силы не боролись против команды Юревича, эта ситуация с перекрытием улицы не получила бы огласку. Я бы сравнил ее с ситуацией с Крымом, как бы странно это ни звучало: Россия пытается объяснить Западу свою позицию, но ее никто не слышит. То же самое было на улице Татьяничевой. Жители пытались говорить о том, что боятся передвигаться по этой улице. Там нет тротуара, и сделать его невозможно, потому что она очень узкая. Жителям расположенных на Татьяничевой домов приходится ходить прямо по проезжей части, а поток машин огромный, и они часто носятся. На этом участке неоднократно были ДТП, машины въезжали в палисадники. Но была поставлена политическая задача – поднять шум, взбудоражить всех. В итоге шлагбаум убрали. Но делать улицу двухсторонней не стали, это было решение ГИБДД. На моей памяти улица Татьяничевой всегда была с односторонним движением.

- Удивило, как быстро было принято решение по автовокзалу в «Синегорье». В свое время вопрос считался принципиальным.

- Вопрос абсолютно не принципиальный. Вокзал там  всегда был частным, и мы его не закрывали. Просто на тот период времени частный вокзал бесплатно пользовался муниципальной землей. А руководители общественного транспорта хотели использовать площадку под отстой троллейбусов, и соседство с междугородними автобусами их не устраивало. Мы попросили освободить земельный участок. Решение о закрытии автовокзала принимал собственник. Сейчас ситуация с общественным транспортом несколько поменялась, поэтому я пригласил к себе собственника «Синегорья» и предложил вновь организовать автостанцию.

- А собственник «Синегорья» не поменялся, это Артур Никитин?

- Собственник не поменялся. И я, опять же, не вижу в этом никакой политики.

- Еще одна скандальная тема, связанная с транспортом, – маршрутки. Войны продолжаются, стороны высказывают друг другу претензии. Администрация как-то может повлиять на конфликт?

- Мы стараемся в этом участвовать, не хотим оставлять людей один на один с их проблемами. Когда появляются заявления о насильственных действиях, захватах маршрутов, проводим совещания, разъясняем, что так делать нельзя, обращаемся в органы правопорядка. В последний раз привлекали сотрудников полиции и ФСБ. К сожалению, это пока все, чем мы можем помочь владельцам маршруток. Федеральный закон, который устанавливал бы порядок перевозок на пассажирском транспорте и ответственность за их нарушение, пока не принят.

- Но есть же местное законодательство, люди участвуют в торгах…

- Местного законодательства как раз нет. Мы пытались на региональном уровне решить вопрос, по нашей инициативе Заксобрание приняло закон об административной ответственности за нарушение правил перевозок, установленных муниципалитетом. Но прокуратура оспорила этот нормативный акт на основании того, что маршрутные перевозки относятся к федеральным полномочиям. Соответствующие поправки направлялись в Госдуму, наши представители ездили туда. И в двух чтениях соответствующий закон принят. Я очень надеюсь, что его примут в эту весеннюю сессию, и у нас появятся административные рычаги влияния на перевозки пассажиров.

- А с парком в Ленинском районе ситуация как-то решается? Люди так долго его ждали, но оказалось, что есть препоны.

- Там федеральная земля, которую мы пока не можем получить. Мы обращались с этой проблемой к Борису Дубровскому. Насколько я знаю, он вместе с владыкой Феофаном подписал письмо на имя министра строительства РФ. Сейчас рассматривается вопрос о передаче участка в собственность муниципалитета и частично РПЦ. Мы договорились с владыкой Феофаном, что часть земельного участка будет использоваться под нужды церкви, потому что изначально это был монастырский сад. Когда женский монастырь располагался там, где сейчас находится администрация области, у них было садовое хозяйство в Ленинском районе. Они выращивали разные фруктовые деревья, вывели много сортов. Весь участок занимает 29 га. Порядка четырех хотела бы оставить за собой православная епархия, а 25 владыка готов уступить городу, чтобы там разбить парк.

«Я регулярно выезжаю во дворы. Там люди говорят обо всем, что их волнует, не подбирая выражений»

- В прошлом году поднималась тема о строительстве мечети в Тракторозаводском районе. У этого начинания нашлись противники, которые заявляли, что строить будут радикальные исламские течения, которые и участок получили не просто так…

- Конфликт раздули на пустом месте националистические организации. Этот земельный участок оформлялся с 2009 года. Сейчас он находится в аренде у духовного управления мусульман Челябинской области.  Именно от него исходила инициатива строительства мечети, и оно будет заниматься этой работой. Ничего плохого в этом я не вижу. Мы выделяем земли под строительство и православных, и мусульманских храмов. Духовное управление мусульман, кстати, противостоит разного рода экстремистским исламским течениям в Челябинске. И мы им за это благодарны.

- Сейчас в Челябинске проходит месячник борьбы с бешенством. Многие жители жалуются, что к ним во дворы приезжают люди с ружьями и средь бела дня отстреливают собак. Как вы оцениваете ситуацию?

- Я против публичных убийств собак, это недопустимые вещи. Сам я люблю животных и считаю циничным  убивать их на глазах у детей или взрослых. Это на грани преступления. У меня у самого две собаки. Тем не менее, бродячие собаки являются источником опасности, особенно для детей. И с этой проблемой надо как-то бороться. Готов обсуждать эту тему с зоозащитниками. Пока что те предложения, которые они делали, не совсем соответствуют ситуации.

- Это предложения построить приют за счет бюджета?

- В том числе. Конечно, это дело благое, но мы не можем расселить людей из ветхоаварийного жилья, и, если мы начнем сейчас строить приют для животных, нас не поймут. В нынешних обстоятельствах нужно, прежде всего, думать о людях. А меценатов, готовых финансировать эту затею, к сожалению, пока нет. Предложение по стерилизации собак достаточно дорогостоящее и спорное. Собаку можно лишить возможности производить на свет потомство, но зубы-то у нее останутся. И как она поведет себя, никто не знает. У нас есть факты нападения на людей, на детей. На отлов животных средства ограничены. В  моем понимании, работа должна вестись по звонкам жителей.

- Бывает, что вызывают отлов на одних собак, а попадаются другие, которые доверяют людям, даже домашние.

- Я отрицательно отношусь к таким фактам и готов разбираться с каждой претензией в отношении нашей службы отлова.

- Руководство области берет курс на избавление от излишеств. Город поддержит область в этом?

- Конечно, поддержит. Хотя у нас никогда не было особых излишеств. Стараемся экономить на всем, в том числе на ремонтах административных помещений, приобретении оборудования, машин. Наш парк автомобилей изношен. Решили приобрести пять новых автомобилей эконом-класса, они будут отечественного производства, стоимостью в пределах 500 тыс. рублей.

- Нашлись те, кто считает, что это дорого.

- Если покупать самые дешевые машины, которые будут через день ломаться, на обслуживание уйдет еще больше денег.

- Не так давно вас видели на автомобиле с обычными номерами? Это ваша принципиальная позиция?

- Раньше на моем личном автомобиле был номер с буквами ООО, я его сдал. Ни к чему он. Проще надо быть. Уже года 2,5 езжу с обычным номером, и мне это даже помогает. Меньше внимания привлекаешь на дороге. Я стараюсь не нарушать правила дорожного движения, но если вдруг позволяю себе какое-то мелкое допущение (чаще всего неумышленно), никто на камеру это не снимает, не посылает вслед проклятия.

Неофициальные фото Давыдова – большая редкость. Сити-менеджер не любит афишировать личную жизнь

- А были прецеденты, когда вас снимали?

- Меня нет. Но сейчас модно снять машину с номерами ООО, которая, к примеру, припарковалась не в том месте. Хотя, наверное, это и правильно. Руководители города и области должны быть примером для всех остальных.

- Недавно на вас обратили внимание посетители одной из поликлиник, увидев сидящим на кушетке с пожилым человеком.

- Это был мой папа, он болен.

- Руководители вашего ранга обычно стараются попасть на прием без очереди, через главврача.

- Моя семья ходит в те же больницы, где лечатся все челябинцы. У нас в городе есть замечательные врачи. И для того, чтобы получить помощь от них, не нужно кому-то звонить, привлекать связи.

- Я так поняла, вы не скрываетесь, и любой человек может подойти к вам на улице?

- Такое периодически случается. Мне неоднократно предлагали в магазине сфотографироваться вместе (смеется).

- И как реагируете на такие предложения?

- Реагирую нормально, но не фотографируюсь (улыбается). Объясняю людям, что не с официальным визитом в магазине, а просто пришел за кефиром. На официальных встречах, конечно, от фото не отказываюсь. А в нерабочее время предпочитаю не позировать.

- В ходе таких встреч многие рассказывают полезные вещи.

- Согласен, такие разговоры бывают полезны. Слушаю, потом прошу подчиненных разобраться. Чаще всего речь идет о коммунальных проблемах. Но вообще я веду личный прием, на который можно записаться и пожаловаться на любую проблему.

- Прием – это официальная обстановка, которая немного сковывает.

- Возможно. Еще регулярно выезжаю во дворы, в разные учреждения. Там люди говорят обо всем, что их волнует, не подбирая выражений.

- Слышала, что конкурс на замещение должностей вашего заместителя по градостроительству и начальника главархитектуры не имеет успеха.

- Я бы так не сказал. До 4 апреля еще есть время, возможно, кто-то пока думает. Но, насколько я знаю, пара заявок уже есть. Так что я уверен, что конкурс состоится.

- Как считаете, почему строители так не любили Дмитрия Градобоева (до недавнего времени заместителя сити-менеджера, курирующего вопросы строительства – прим. ред.)?

- Об этом надо спросить у строителей. Претензии по работе главархитектуры есть, некоторые вопросы долго решались. Но не всегда и не во всем была вина Градобоева. Так сложились обстоятельства, что он уволился. Сейчас, наверное, было бы проще всего всех собак на него свесить и сказать, что он виноват, но это не так. Это очень профессиональный человек, который неплохо работал.

«Я не понимаю муниципальную реформу. Что хотят сделать и, главное, для чего?...»

- Поддерживаете отношения с ним?

- Отношения с ним не поддерживаю, но, если он с чем-то обратится, во встрече не откажу. Расстались мы хорошо.

- С Михаилом Валериевичем общались после ухода?

- Он один раз приезжал ко мне.

- И как он оценивает происходящее?

- Это вопрос не ко мне. Но в целом, я думаю, он даже рад тому, что случилось. Быть губернатором – огромная ответственность. Это значит всегда быть под политическим прицелом. А то, что происходило в последние года полтора в политической сфере, отнимало очень много сил.

- Сейчас, когда напряжение спало, вы вздохнули с облегчением или, наоборот, прикладываете еще больше усилий, чтобы утвердиться в новой команде?

- С одной стороны, когда нет политической борьбы, легче. В то же время, на мне большая ответственность. Я, повторюсь, не хотел бы подвести своего руководителя. В настоящее время это Борис Александрович Дубровский. Тем более что он открыто заявил, что мне доверяет, а это уже двойная ответственность. 


Светлана Григорьева. Фото – Вадим Ахметов, пресс-служба администрации Челябинска.